Конструкторы «автомата Калашникова»

akm_

Ряд образцов оружия, находившихся на вооружении Российской Императорской Амии, РККА, Советской армии и состоящих в Российской армии зачастую не отличаются оригинальностью конструкции.

К примеру, первым принятым на вооружение в Российской империи нарезным стрелковым оружием стал иностранный образец — капсюльный штуцер калибра 11,78 мм системы брауншвейгского офицера Бернера, известный под наименованием «Литтихский штуцер образца 1843 г.». Винтовка Бердана (разг. «Бердáнка») и «4,2-линейный револьвер системы Смита-Вессона» были разработаны американскими конструкторами.

Капитан С.И. Мосин является автором лишь части узлов и механизмов «трёхлинейной винтовки образца 1891 года», на его долю приходится затвор с элементами системы Бонне и Маузера образца 1871/84 года и отсечка-отражатель, основанная на детали, позаимствованной из винтовки французского полковника Луи Додето. Магазин «Трёхлинейки», называемой в англоязычных оружейных энциклопедиях винтовкой «Мосина-Нагана», спроектирован бельгийским оружейником Леоном Наганом. Споры о корректности наименования этой винтовки на Восточном пространстве ходят до сих пор. Название револьвера братьев Эмиля и Леона Наганов образца 1895 года на подконтрольных Москве территориях стало нарицательным по отношению ко всем револьверам, и даже к самозарядным пистолетам.

Широко известный на Восточном пространстве пистолет ТТ в целом представляет собой адаптированную под производственные мощности СССР компиляцию из схемы запирания канала ствола конструкции американца Джона Браунинга и общей компоновки его же пистолета FN Model 1903. Даже идея крепления накладок рукоятки к рамке пистолета при помощи поворотных планок заимствована у FN Browning M1900, где поворотные планки фиксировались на накладках с помощью винтов. Из существенных оригинальных решений можно упомянуть только объединение ударно-спускового механизма в отдельном едином блоке-колодке и размещение боевой пружины в курке. Пистолет ПМ основан на компоновке немецкого Walther PP, конструкция которого была довольно грамотно переработана и адаптирована под требования высокой надёжности функционирования в экстремальных условиях эксплуатации, повышения служебного ресурса и удешевления производства.

К числу образцов оружия, производившегося во времена СССР и производящегося в настоящее время на Восточном пространстве, в котором используются разработанные иностранными конструкторами системы, относится и «священная корова» русских — «автомат Калашникова».

Публикацией нижеследующего материала автор не ставит целью переписывание истории, главной задачей является освещение альтернативных версий разработки АК. История на Восточном пространстве итак уже давно переписана и служит исключительно интересам правящего режима.

1 марта 2002 года в газете «Московский комсомолец», в рубрике «Тайна XX века», была опубликовала статья без указания автора под заголовком «Легендарный Калашников — не оружейник, а подставное лицо», оформленным в виде цитаты из интервью человека, представленного в статье как «Разработчик стрелкового оружия Дмитрий Ширяев».

ao-27
Автоматический карабин Ширяева АО-27 под патрон ОПС

Для справки. Дмитрий Иванович Ширяев является конструктором автоматического карабина АО-27 под патрон со стреловидной пулей. Патрон ОПС (оперённый подкалиберный стрелковый) с оперённой подкалиберной стреловидной пулей и отделяемым ведущим двухсекторным поддоном разработан в 1960 году, его авторами являются В.П. Грязев, П.А. Фадеев, А.Г. Шипунов и Д.И. Ширяев. Опытный образец АО-27 для этих боеприпасов был готов к испытаниям в начале 1961 года. Согласно отчётам по испытаниям, АО-27 по сравнению с АК обладал рядом существенных преимуществ. Так, дальность прямого выстрела составляла 530 метров против 356 метров у АК. Импульсы отдачи были 0,5 у АО-27 и 0,78 у АК. Существенно меньшим было рассеивание пуль АО-27 по сравнению с АК при стрельбе короткими очередями из положения стоя. Но в связи с низкой эффективностью терминальной баллистики пули и высокой стоимостью патрона дальнейшего развития данный комплекс не получил.

Статья представляет собой интервью с Дмитрием Ширяевым, с вставками отдельных цитат из воспоминаний других советских конструкторов-оружейников, где Ширяев заявляет о том, что никому не известный сержант с образованием в семь классов априори не смог бы одержать победу в состязании с опытными конструкторами-оружейниками, если бы за его спиной не стояла определённая группа власть имевших людей, после чего и следует его заявление: «Калашников — не оружейник. Это подставное лицо, вытянутое за уши».

Теперь приведём ряд выдержек из данной статьи:

Итак. 15 июля 1943 года в Москве на техническом совете Наркомата вооружения собрались гражданские и военные специалисты. На столе лежал захваченный трофей — немецкий автомат (автоматический карабин — прим. моё, — Я.К.). Тут же был издан приказ: немедленно сделать подобный отечественный комплекс «автомат-патрон». В рекордно короткий срок — за полгода — Николаем Елизаровым, конструктором Павлом Рязановым, технологом Борисом Сёминым был разработан патрон калибра 7,62 мм, который занимал положение между винтовочным и пистолетным патроном и получил наименование «промежуточный». Оружие под этот патрон по объявленному конкурсу начали делать 15 лучших конструкторов. Калашникова среди них не было.

walther-mkb-42w
Автоматический карабин Walther MKb.42(W) конструкции Эриха Вальтера
haenel-mkb-42h
Автоматический карабин Haenel Mkb.42(H) конструкции Хуго Шмайссера

Лишь в январе 1990 г. проживавший в Киеве инженер Василий Лютый (советский конструктор и испытатель стрелкового оружия, участник создания АК и переносного зенитно-ракетного комплекса «Стрела»), зная, что у него рак и недолго ему осталось, продиктовал супруге короткие воспоминания о славном периоде своей жизни. В них есть следующие строки: «М.Т. Калашников до прихода в моё подразделение работал в Алма-Ате в паре с оружейником А.И. Казаковым. Они занимались созданием автоматов и пулемётов, образцы которых присылались для испытаний на Научно-исследовательский полигон ГАУ. Однако эти образцы даже не подвергались испытаниям стрельбой, поскольку это были очень примитивные разработки. Поэтому, вопреки тому, что пишет и рассказывает о себе М.Т. Калашников в газетах и журналах, ответственно заявляю, что во время работы в Казахстане он ничего путного не создал. Михаил Тимофеевич очень талантливый человек. Но по уровню общеобразовательной подготовки (до войны окончил 7 классов), практическим знаниям и опыту он, конечно, не мог сравниться с конструкторами-профессионалами, вооружавшими армию…»

Вскоре Василий Фёдорович Лютый умер. И тут нежданно-негаданно на имя его вдовы пришёл перевод из Ижевска на весьма солидную по тем временам сумму — 23000 рублей. На корешке перевода бывший сослуживец Лютого по Щуровскому полигону, а в тот момент сотрудник Калашникова по ижмашевскому КБ Александр Малимон написал: «Уважаемая Нелли Павловна! Это деньги на памятник Васе. 10 тысяч мои, 15 дал М.Т. Калашников. Извините, что перевод вышел не на круглую сумму. Надо было заплатить за пересылку. Слышал, что после себя Вася оставил письменные воспоминания, касающиеся нашей работы. Думаю, что они не понравятся М.Т.».

Александр Зайцев, руководитель группы конструкторов и принимавший активное участие в практически полной переработке образца Калашникова и разработке окончательного варианта АК по собственной инициативе в Коврове в 1946–1947 гг., заявлял: «Калашников не умел работать даже в качестве чертёжника. Техника проектирования и расчётов была Михаилу Тимофеевичу неведома».

Тем не менее, все эти свидетельства перестроечного и постперестроечного характера в СМИ не попадали. До 2002 года, когда своё слово сказал Дмитрий Ширяев — ведущий конструктор Центрального научно-исследовательского института точного машиностроения. Для начала он разъяснил аспект Сталинской премии и всяких иных прочих. Как-то главный конструктор Ковровского оружейного конструкторского бюро Александр Константинов приватно посетовал ему: «Никто Калашникова не опередит, поскольку премии вместе с ним получают определённые высокие чиновники…».

А затем сделал ответственные для столь серьёзного специалиста заявления: «Смог бы никому не известный сержант с образованием семь классов одержать победу в состязании с опытными конструкторами-оружейниками, если бы за его спиной не стояла определённая группа знающих, талантливых и власть имевших людей? Я думаю, вряд ли, особенно если учесть, что первый автомат Калашникова был забракован без права на доработку… По сравнению с другими конструкторами-оружейниками Калашников практически не имеет оружейных элементов, им изобретённых и защищённых авторскими свидетельствами. Нам известно из них лишь одно, и то в компании четырёх других соавторов. Калашников — не оружейник. Это подставное лицо, вытянутое за уши».

Дмитрий Ширяев уверен: «Книги Калашникова не отражают действительную историю создания отечественного автомата. Мало того, история создания автомата там сильно искажена. Заметьте, ни слова не сказано о талантливом оружейнике Дементьеве, а ведь в самом последнем туре испытаний в 1947 году покровители Калашникова с трудом «отбили» его от Булкина и Дементьева».

Что ж, пусть каждый читатель этих строк исходя из своего жизненного опыта и представлений о реалиях Восточного пространства сам решает что здесь соответствует истине.

Как Главный редактор Журнала Магнум, я выскажу в завершении данной публикации своё личное мнение по вопросу авторства «автомата Калашникова» — с точки зрения исторической справедливости т.н. «автомат Калашникова» по факту является грамотно приспособленным под тактико-техническое задание скомпонованным из узлов целого ряда оружейников Восточного и Западного пространств образцом, все ключевые решения которого были заимствованы у систем других конструкторов — Зайцева, Гаранда (M1 Garand), Булкина (АБ-46), Судаева (АС-44), Холека (ZH-29), Джона Браунинга (Remington Model 8), специалистов групп Хуго Шмайссера (MKb.42(H)) и Эриха Вальтера (MKb.42(W)).

Так, устройство автоматики и запирания ствола были скопированы у американской самозарядной винтовки M1 Garand конструкции Джона Гаранда. Принцип действия автоматики АК основан на использовании энергии пороховых газов, отводимых через верхнее отверстие в стенке ствола, при длинном рабочем ходе газового поршня. Запирание ствола осуществляется поворотом затвора вокруг продольной оси по часовой стрелке на два радиальных боевых выступа за боевые упоры переднего вкладыша ствольной коробки. Вращение затвора обеспечивается при взаимодействии выступа на его теле с фигурным пазом на внутренней поверхности затворной рамы. Указанная система автоматики и запирания были использованы ещё в опытном 7,62-мм самозарядном карабине Калашникова образца 1944 года под патрон 7,62×41.

«Вывешивание» затворной группы внутри ствольной коробки с минимальными площадями трения и большими зазорами, что является основной причиной известной надёжности АК, было взято у АС-44 конструкции Алексея Судаева. Перечислим заимствования основных элементов у АБ-46 конструкции Алексея Булкина: компоновка ствольной коробки и её крышки; затворная рама с жёстко присоединённым газовым поршнем; размещение возвратной пружины с направляющей; использование выступа на направляющей возвратной пружины для запирания крышки ствольной коробки. Ударно-спусковой механизм с минимальной доработкой скопирован с чешской самозарядной винтовки ZH-29 конструкции Эммануила Холека. Рычаг предохранителя, являющийся также пылезащитной крышкой для окна рукоятки затвора заимствован у самозарядной винтовки Remington Model 8 конструкции Джона Браунинга.

Кстати, введённый в СССР термин «автомат», использовавшейся применительно к автоматическому оружию под промежуточный патрон для обозначения таких образцов, как автоматическая винтовка Фёдорова и даже пистолета-пулемёта ППШ-41, в настоящее время имеет хождение лишь в ряде стран так называемого «постсоветского пространства», то есть на Восточном пространстве. При этом, наряду с обозначением оружия, в разговорной речи данный термин применяется к таким электронно-механическим устройствам как кофейный автомат и игровой автомат. Технически корректный термин «автоматический карабин», характеризующий автоматическую винтовку с уменьшенной массой и габаритами, наиболее полно соответствует и описывает определённый класс автоматического оружия.

P.S.: Задачей автора этой публикации не являлось как-либо приуменьшить вышесказанным значимость платформы АК в современном мире. «Автомат Калашникова» — простое в использовании и обслуживании, крайне живучие и действительно довольно надёжное стрелковое оружие, которое достойно уважения. Ты можешь встретить его в любой части мира, в любом государстве, у гражданских — в вариантах самозарядного карабина, в полицейских силах, в армии и у всевозможной спецуры, в самых разных вариантах исполнения и под различные патроны. У разработанного на основе опыта Второй мировой войны АК имеется целый ряд всем известных недостатков, данный образец уже давно является устаревшим и не соответствующим современным требованиям, и всё же повторяю — это достойное уважения оружие. При этом, в свете упомянутых эпизодов, «автомат Калашникова» корректнее называть просто АК, по сокращению от термина «автоматический карабин».

Реклама